Skip to content
Псой Короленко Джесси Рассел

Игра на своем поле Говард Немеров

У нас вы можете скачать книгу Игра на своем поле Говард Немеров в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Последние слова прозвучали вместе со звонком, ровно в одиннадцать часов: При обычных обстоятельствах Осмэн договорил бы последнюю фразу уже в дверях, к большому разочарованию любителей задавать вопросы во время перерыва; сегодня же он остался на месте, глядя, как его аудитория приходит в движение и понемногу редеет.

С особенным вниманием следил он за молодым человеком по имени Реймонд Блент, и тот почувствовал, что за ним наблюдают: Потом студент повернулся и вышел. Чарльз Осмэн, старавшийся придать своему взгляду как можно более естественное и бесстрастное выражение, был раздосадован, когда ему ответили таким же бесстрастным взглядом. Впрочем, он ощутил и некоторое облегчение оттого, что лицо студента не выражало ни злобы, ни обиды.

Одного из них Чарльз знал: Появились бы великолепные газетные заголовки: Он и в самом деле вытащил бумажку в двадцать долларов и, отрывая от нее тонкие полоски, стал разбрасывать их на ходу.

Перед Чарльзом стоял постовой полисмен Генри. Он учтиво козырнул Чарльзу, но все же преградил ему дорогу. Чарльз беспомощно следил за ним. Если хотите, я вас провожу домой. Не трудитесь провожать меня. И он зашагал дальше, догадываясь, что полисмен все еще следует за ним на почтительном расстоянии.

Придя домой, он швырнул деньги на письменный стол. Чувствовал он себя прескверно, но все же повозился немного на кухне, грея воду, чтобы развести в кипятке таблетку овальтина и выпить ее в постели. Завтра, надо надеяться, ему станет лучше и он сумеет подготовиться к следующей лекции о конце царствования Карла I английского, о недолгом правлении его брата и о "славной революции" года. Чарльза бил сильный озноб, но он говорил себе, что горячий овальтин от всего излечивает, надо только пить его с образцовым оптимизмом, отвагой и решимостью, какие проявил Сократ, когда ему поднесли чашу с ядом.

По наблюдениям автора этого исследования, чаще всего в романах подобного типа заключена история преподавателя — "бунтаря", который пытается вести индивидуальный крестовый поход против несправедливости, разоблачать людей, творящих зло под покровом респектабельной академичности, и т.

Как правило, герой терпит неудачу, ему не суждено изменить порядок вещей, но поражение добродетели при этом обычно оборачивается моральной победой и каким-то образом оказывается ввмонтированнымм в общую картину цивилизованного и по сути довольно благополучного бытия. Роман Говарда Немерова, впервые опубликованный в году приметы маккартистских х годов отражены в нем очень заметно , отличается от множества произведений, близких ему по теме, редкой в американской литературе этого времени бескомпромиссностью.

Совсем незначительная, почти анекдотическая проблема: Оба упрямца и поборника справедливости — и мягкий, рефлектирующий Чарльз Осмэн, и желчно-иронический, издерганный трудной жизнью радикала Леон Солмон — в силу разных причин, но все же сдали свои позиции.

Малодушный, но раскаявшийся Реймонд Блент отверг принятую было взятку и сыграл в полную силу, что не спасло положения, ибо подкуплен-то был не он один… Троица "власть имущих" — ректор, местный богач, сенатор, — проводившая весьма грубый нажим на строптивых преподавателей, добилась своего, как и горланящая, бесчинствующая толпа студентов, охваченных чрезмерным порывом футбольного патриотизма… Правда, команда колледжа все равно проиграла, но лишь потому, что "конкурирующая организация" спекулянтов и жуликов, наживающихся на "благородном любительском спорте", оказалась более оборотливой и предусмотрительной.

И в то же время — здесь-то и заключена ирония ситуации — в житейском плане никто не остается в накладе к финалу этой околофутбольной свистопляски. Чарльз Осмэн, как ни упирался он, становится богаче на долларов; к Бленту вернулась сумасбродная, но очаровательная и богатая невеста; даже злополучный Леон Солмон получает, наконец, давно полагающееся ему повышение — администрация колледжа хочет замять некрасивую историю.

Так что в общем если не сама добродетель, то рыцари ее скорее торжествуют — хоть и безрадостно это торжество, — нежели повергнуты в прах. С этой точки зрения, достаточно трезвой, большинство исторических фактов не стало достоянием исторической науки; это относится и к тому факту, которым мы с вами занимались сегодня.

Никому еще, насколько мне известно, не удалось постигнуть сущность глупца или злодея или глупца и злодея по имени Тайтус Оутс Английский священник , зачинщик резни католиков. Был судим при короле Якове II за лжесвидетельство. Здесь и далее примечания переводчиков. И может быть, мы окажемся не так уж далеки от истины, если обнаружим в истории этого человека, да и вообще всего заговора папистов, известное сходство с некоторыми фактами недавнего прошлого нашей страны, если в театре человеческой комедии за веренице королей и вельмож нам вдруг откроются некие неизменно действующие рычаги, приводимые в движение глупостью или злодейством.

Впрочем, кое-кто считает, что мы проводим это сравнение себе же на беду. Последние слова прозвучали вместе со звонком, ровно в одиннадцать часов: При обычных обстоятельствах Осмэн договорил бы последнюю фразу уже в дверях, к большому разочарованию любителей задавать вопросы во время перерыва; сегодня же он остался на месте, глядя, как его аудитория приходит в движение и понемногу редеет.

С особенным вниманием следил он за молодым человеком по имени Реймонд Блент, и тот почувствовал, что за ним наблюдают: Потом студент повернулся и вышел. Чарльз Осмэн, старавшийся придать своему взгляду как можно более естественное и бесстрастное выражение, был раздосадован, когда ему ответили таким же бесстрастным взглядом.

Впрочем, он ощутил и некоторое облегчение оттого, что лицо студента не выражало ни злобы, ни обиды. Одного из них Чарльз знал: Барбер вошел в аудиторию, второй студент остался стоять в дверях.

Posted in (комплект